Кристофер Мур – Дурак

Недвусмысленная пометка «18+» на обложке «Дурака» и авторское предостережение, где на первой странице нам сообщают, что в данной книге вас ждут «перепихоны, убийства, трёпки, увечья, измены и доселе невиданные высоты вульгарности и сквернословия». И поэтому мы возьмём пример с издателя и автора — и попросим вас не читать данную книгу, если вы категорически против всего такого. А также посоветуем впредь не читать Уильяма нашего Шекспира, поскольку в пьесах оного, как известно, кровь льётся рекой, постели скрипят под двуспинными чудовищами, а измены, реальные и мнимые, — едва ли не самое обычное дело. Что до сквернословия, то в советских переводах ему дан бой, более-менее успешный…

Ну да, разумеется, Шекспир «писал вовсе не о том». В общем-то, и Кристофер Мур тоже. Те, кто уже знаком с романами Мура, знают, что это своеобразные комедии положений, зачастую абсурдные и гротескные. Порой Мура сравнивают с Пратчеттом однако, в отличие от британского фантаста, американский юморист чаще пишет о наших современниках. «Дурак» — пока что единственный его роман, посвящённый Средневековью, впрочем, весьма условному.

В основу книги легла история короля Лира, рассказанная с точки зрения королевского шута Кармана. Всё начинается вполне предсказуемо: во дворец съезжаются дочери Лира, а сам шут на крепостной стене встречает призрака. И если читатель в этом месте заподозрил неладное, так тому и быть, признаемся: «Дурак» не просто перелицованный шекспировский сюжет о короле, который сдуру распределил королевство между не теми дочерьми. Роман с подобным названием сам уподобляется шуту: насмехается, подшучивает, пародирует и дурачится. Причём делает это в традициях средневековой смеховой культуры, то бишь — категорически бескультурно. Мур смешивает обсценную лексику с высокой трагедией, сюжеты сказок и преданий — с аллюзиями на литературные произведения… Вас ждут необычная трактовка известных (для тех, кто конечно же читал Шекспира) событий, войнушка, три ведьмы, колдовство, неожиданные превращения и обилие цитат из русских переводов Великого Барда.

Последние проходят по особой статье. Если Мур охотно играет с раскавыченными цитатами то переводчик «Дурака» Максим Немцов вынужден жонглировать различными переводами «Короля Лира». И дело здесь, кажется, не только в желании подобрать наиболее точную цитату-перевод. Нарочитую игру Немцов подхватывает и дополняет такими же избыточными ссылками, и апофеозом становится восклицание «В Дувр!» — которое, как указывает в примечании Немцов, он цитирует сразу по двум переводам, Бориса Пастернака и Осии Сороки.