Керри Райан – Лес Рук и Зубов

Деревня на краю Леса Рук и Зубов, в которой живёт Мэри, — возможно, последний оплот человеческой цивилизации, погубленной вирусом, который превращает людей в зомби. По крайней мере, так утверждают суровые и могущественные Сёстры…

Зомби-хоррор для подростков? Как показал опыт «Тепла наших тел» Айзека Мариона это вполне возможно. Только дебют Кэрри Райан совсем иной по настроению — в нём нет веры во всепобеждающую любовь как и вообще какой бы то ни было веры или надежды. Более пессимистичной истории на полках с «детско-взрослой» литературой, пожалуй, сегодня не сыскать.

Кэрри Райан самозабвенно отдаётся созданию декадентского настроения, нагнетая ощущение страха и безнадёги. Этому способствует и чуть заторможенное, «аутичное» повествование от первого лица. Мэри, судя по тексту, девушка «немножко слишком» мечтательная, однако, живя под гнётом религиозного ордена Сестёр, она вынуждена скрывать свои желания, настоящую любовь и сомнения в том, что Бог вообще существует. Читателю сполна достаётся впечатлений от её внутренней жизни: любовь Мэри к человеку, предназначенному её лучшей подруге, кажется бесплодной и обречённой, как и остатки человечества, которое проигрывает голодным живым мертвецам в силе и численности. С детства героиня мечтает увидеть океан, — и она его увидит, но он будет совсем не похож на мечты о мире «до Возврата» (так называют заражение человека вирусом зомби). А на пути к океану героине предстоит больше потерь, чем обретений. Впрочем, открытый финал всё-таки рождает надежду — вопреки всему.

Следя за жуткими приключениями Мэри и горстки её близких людей на фоне очередного апокалипсиса, автор, похоже, совершенно не собирается выяснять, что же произошло с этим миром, откуда взялся поразивший людей вирус и как возникли Сёстры, спасшие выживших. Райан, как и Мэри, интересует не прошлое, а настоящее, и картинка отчаяния и безнадёги, которая получилась у писательницы, просто превосходна. Правда, кроме этой сильной картинки и личных переживаний героини, книге предложить больше нечего.