Кир Булычёв – Трудный ребёнок

Рассказ Кира Булычёва невелик по объёму, — но если уж всерьёз поднимать «тарзанью» тему в мировой фантастике, без него не обойтись. Игорь Всеволодович Можейко единственный писатель, которому пришло в голову взглянуть на всю эту историю с точки зрения усыновителей. Не Тарзана и Маугли, а Калы и Ракши. Каково тем, кто принял в свою семью чужака — не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку? Что с ним делать, как воспитывать, если он ни по лианам лазить толком не умеет, ни на четвереньках ходить, ни сырое мясо переваривать? Не детка, а сплошное недоразумение. В рассказе Кира Булычёва в роли усыновителей выступают типичные граждане коммунистического общества будущего, а в качестве усыновлённого — ребёнок-инопланетянин, спасённый с разбившегося звездолёта. Эту коллизию Булычёв использовал позже в сценарии фильма «Через тернии к звёздам», но там речь всё-таки идёт о вполне сложившейся, зрелой личности. «Трудный ребёнок» — квинтэссенция идеологии, на которой строится вселенная доктора Павлыша и Алисы Селезнёвой: принимай чужую беду как свою, любого инопланетянина — как давно потерянного брата. В отличие от людей из мира Полдня, герои Булычёва свободны от страха непонимания, не боятся слишком по-человечески интерпретировать поведение чужаков и совершить в результате фатальную ошибку. И, что характерно, действительно ни разу не ошибаются. Здесь каждый сам себе Леонид Горбовский, а «самые добрые» решения принимаются без всякой внутренней борьбы: что может быть естественнее, чем усыновление инопланетного сироты, даже если тот ведёт себя как маленькое чудовище?

Добросердечные земляне сделали всё, что могли, ни разу не поступившись принципами, — их совесть может быть спокойна. А уж кого они вырастили в итоге — очередного Тарзана-супергероя или неврастеника, изгоя и «вечного чужого среди своих», — читателям остаётся только гадать.