Дэн Симмонс – Двуликий демон Мара

Смерть и любовь всегда ходят рука об руку. Они заглядывают вам в глаза на каждом крутом повороте горной дороги, таятся в трущобах и джунглях Востока, манят в будущее, где главной ценностью стало прошлое, скрываются на просторах индейских прерий и в окопах Первой мировой… Вопрос лишь в том, хватит ли вам духу заглянуть им в глаза — Эросу и Танатосу, двум многоликим братьям.

Дэн Симмонс давно уже считается одним из знаковых авторов американской фантастики. Интересно, что сам он при этом не позиционирует себя исключительно как фантаста — наоборот, в последние годы Симмонс сознательно расширяет свою аудиторию за счёт мистико-исторических романов. «Террор», «Друд», «Чёрные холмы»… Но и среди его ранних книг были «Горящий Эдем» и «Колокол по Хэму», которые выполнены по той же формуле: в основу кладётся некое известное и таинственное историческое событие, а героями становятся знаменитые учёные, писатели, исследователи.

Остаётся лишь удивляться, с какой тщательностью и кропотливостью Симмонс каждый раз прорабатывает исторические монографии о той или иной эпохе. Впрочем, как признаётся сам автор, зачастую от появления замысла до его воплощения на бумаге проходят целые годы изучения материала. И нередко проходят они не без побочных результатов…

Новый-старый сборник Lovedeath на русском выходит с длинным путаным названием, но издателя можно понять. Не «Любовесмерть» же ставить на обложку. Показательно, что книги Симмонса выводятся за рамки жанровых серий, — и особенно это справедливо для нынешнего сборника. Из пяти повестей «Энтропия в полночный час» вовсе не относится к фантастике, «Смерть в Бангкоке» — эротический хоррор, «Женщины с зубастыми лонами» — стилизация под индейские легенды, «Флэшбэк» — социальная научная фантастика, а «Страстно влюблённый» — военная проза с элементами мистики.

Две из этих повестей не так давно проросли в нечто большее. «Женщины…» нашли своё развитие в «Чёрных холмах», а «Флэшбэк» — в одноимённом романе. Здесь, как и во многих других вещах Симмонса, много сцен откровенно натуралистичных. Кого-то это может отпугнуть или шокировать, и порой создаётся впечатление, что Симмонс слегка перебарщивает с описанием половых актов, расчленёнки и прочей физиологии. С другой стороны, заявленная в названии сборника тема обязывает — и автор технично отрабатывает заявку «от и до».

И всё же наиболее удачными оказались первая и последняя повести сборника. «Энтропия» посвящена нелёгкому вопросу: как жить в мире, полном роковых случайностей, — особенно когда осознаёшь всю хрупкость и ненадёжность бытия. Главный герой — страховой агент, по долгу службы наблюдающий за итогами таких случайностей. И он пытается примириться с тем, что произошло в его собственной жизни…

Совсем другое дело — «Страстно влюблённый». При чтении этой повести неизбежно вспоминаешь Ремарка и других писателей «потерянного поколения». Главный герой как раз из их круга: знаменитый писатель, оказавшийся в окопах Первой мировой войны. Столкнувшись со смертью лицом к лицу, он вдруг понимает, насколько любит жизнь, как сильно не хочет умирать… А потом к нему приходит Прекрасная Дама.

Здесь искушённый читатель неизбежно вспоминает рассказ Абрахама Меррита «Три строчки на старо-французском». И дальше Симмонс как будто отзеркаливает то, что происходило у Меррита, — вплоть до перехода из сна в явь, от страшной действительности к пасторальной грёзе… Отзеркаливает, но потом переворачивает всё с ног на голову и превращает «Страстно влюблённого» из подражания в самостоятельное и мощное произведение — лучшее в сборнике.