Валентин Холмогоров – Проклятие Галактики

Простого пилота грузового корабля Ника Фадеева по неясным причинам похищают лидеры могущественной корпорации, которая из-за некой секретной технологии развязала войну. В боевых действиях приходится участвовать зелёному новобранцу Максу Вольтбергу…

Молодой автор Валентин Холмогоров определённо «стоит на плечах гигантов»: сквозь текст романа просвечивает весь его фантастический бэкграунд, от Хайнлайна и Бестера до Стругацких и Лукьяненко. Незадача только в том, что, кроме этого бэкграунда в тексте практически ничего и нет. Два параллельных сюжета (ближе к финалу они пересекутся) — о революционном изобретении, из-за которого началась война, и о самой этой войне, кровавой и грязной, — в разных вариациях встречались уже неоднократно. Наибольший интерес способна вызвать линия Ника Фадеева (он оказывается довольно оригинальным образом связан с одним из ключевых персонажей), но и подобный сюжетный поворот тоже не раз уже обыгрывался, особенно в психологических триллерах.

Впрочем, роман написан гладко и читается с интересом, а ближе к финалу сюжет делает несколько неожиданных кульбитов, которые вполне оправдывают потраченное на книгу время. Правда, возникшую на пустом месте «третью силу» в войне людей между собой автор преподносит читателям слишком поздно и второпях. В результате создаётся впечатление «бога из машины», а финал оказывается открытым — но не таким, за которым стоит написать «продолжение следует». Возможно, автор на это и рассчитывал?

Заметно, что Холмогоров искренне увлечён создаваемой им вселенной: описания обитаемых планет и технологий буквально наводняют роман и временами «выплёскиваются из берегов», замедляя динамику сюжета. К сожалению, помимо нескольких удачных или по крайней мере интересных авторских находок (например, обращение «сэм», политкорректное производное от «сэр» и «мэм», или «тактильмы» — фильмы, охватывающие все пять чувств зрителя), в тексте слишком много ненужных англицизмов: «райфл-ган», «пауэрсьют», «спейсбаттлшип», «тачстик» и прочие дикие на вид словечки, из-за которых текст местами похож на плохой перевод.